Шаманский ритуал зимнего солнцестояния.

В конце декабря мне довелось принять участие в шаманском ритуале. Этот ритуал был посвящен зимнему солнцестоянию. Как я позже узнал, зимнее солнцестояние соответствует природному новому году.

Мы с Михаилом вбежали в электричку за несколько секунд до отправления.  Почти сразу увидели компанию людей, которые тоже ехали на ритуал.  Полтора часа в дороге пролетели быстро. За это время мой друг Михаил успел вступить в конфликт с одно из участниц ритуала.   Конфликт возник скорее из-за разных убеждений этих людей, связанных с отношением к жизни и различным её проявлениям. Миша говорил о том, что жертвоприношения, ленточки, конфетки и бумажки не имеют реально никакого значения, а самое главное это любовь…

Новый Год по-Малабарски.

В разных странах и у разных народов существуют свои обычаи и традиции связанные с празднованием нового года.
До недавнего времени, каждый Новый Год для меня был одинаковым. Ёлка, мандарины, шампанское... Так уж случилось, что в конце 2010 года я оказался на юге Индии и принимал участие в ритуальном праздновании и встрече нового 2011 года.
Основные приготовления начались ещё за долго до моего появления в племени Малобпрцев. На первый взгляд празднование нового года совсем не похоже на праздник, а скорее это напоминает некий шаманский ритуал. Весь последний день уходящего года я провел в джунглях, в поисках подходящего куска коры, который требовался для ритуала. Честно-говоря я ещё не знал, что будет происходить в эту новогоднюю ночь, но уже предчувствовал, что-то нехорошее. Лазая по джунглям, я изрядно вымотался, и надеялся отдохнуть пару часов по возвращению в деревню. Подходящий кусок древесной коры я нашел уже, когда солнце начало клониться к горизонту.

Сумасшествие.

Герман сошел с ума. Елизавета Михайловна стояла у окна. Она уже привыкла встреча Германа именно в это время, но он не возвращался. Елизавета Михайловна никак не могла осознать. Она часами напролёт стояла неподвижно и ждала, ждала своего единственного сына. Нельзя сказать, что она ощущала печаль, нет, это даже не тоска и не грусть, это не горе, это пустота, до ужаса шокирующая внутренняя пустота.

Елизавета Михайловна уже не ощущала течения времени, ей не хотелось ни спать, ни есть. Из неё как бы вынули душу, она была готова отдать ей дьяволу, чтобы вернуть сына.

В какой-то момент ей показалось, что он вернулся, что он стоит у неё за спиной  и с виноватым лицом  не может вымолвить ни слова. Елизавета Михайловна чувствовала его присутствие всей своей сущностью, чувствовала его дыхание, чувствовала, как бьётся его сердце. Она боялась обернуться, ведь знала. Знала, там же, глубоко внутри, что это всего лишь очередная галлюцинация. Обернувшись, она увидела только пустую комнату, ведь мебель была уже почти вся распродана.